Новый герой фейсбука: Бомж Альберт. Просто Альберт.

Новый герой фейсбука: Бомж Альберт. Просто Альберт.

 

bom
По дневнику нашего любимого ФБ-блогера Саши Лосевой разбросаны заметки о стильном и остроумном московском бездомном. Мы собрали их в единую историю от первого сашиного лица, разделив скетчи по сезонам. Зимой и летом одним цветом бомж Альберт – воплощенная харизма.

Весна 2014

Возле нашей церкви рядком сидят бомжи. И вид, и запах – всё как надо. Но есть у них особенный. То бороду на пробор причешет, то галстук напялит, то журнальчик “Флирт” в тени почитывает. Когда я вместо денег предложила ему булку с сосиской, он протянул руку и говорит:

– Спаси Господи! Холодная?

– Холодная, – киваю.

– Ладно. В следующий раз тащи теплую. Тока не сильно горячую, шоб не жглась. А то в прошлый раз принесли мне чаю, я им по самые яйцы, – говорит, – обварился.

Зовут его Альберт. Бомж Альберт. Просто и со вкусом.

Бомж Альберт оказался эстет. Его коллеги сидят кучкой, а он перетащил свою элегантную коробку подальше, надел носки разного цвета, и читает свежий номер газеты “Будни Сокольников”.

– Чего переехали? – спрашиваю.

Альберт вынырнул из-под газеты, шевельнул опухшим лицом, и скривился в сторону своих:

– Воняют!

Лето 2014

Мой приятель бомж Альберт летом совсем исчез. Тут иду мимо – сидит. Ест что-то из старой фарфоровой тарелки.

– Где, – говорю, – пропадали?

– В отпуске был, – жует.

– Далеко?

– Не, тут рядом. В Крыму.

– И как, – говорю, – Крым-то?

– Крым-то? – с набитым ртом. – Крым – наш!..

Осень 2014

В столицу нашей родины пришли собачьи холода. Бомж Альберт где-то разжился драным одеялом и обрывком газеты “Аиф – здоровье”. Судя по запаху и виду, в нее заворачивали то, что обычно смывают в канализацию.

– Привет, – говорю, и протягиваю Альберту сотню.

– Добрый день, – кивает Альберт. Сотня исчезает в недрах одеяла, и оттуда появляется рука с полтинником.

– Чего это? – говорю.

– Постоянным клиентам – скидка, – важно отвечает Альберт, шурша газетой.

Зима 2014-2015

Мой приятель бомж Альберт причесан и в кедах. Он эстет. Пьет из колотого фарфора незамерзайку.

– Альберт, – говорю, – пьешь ты всякую дрянь!

– Нно! – возражает Альберт, глядя на прохожие дамские ноги.

– От тебя, – говорю, – уже новым опелем пахнет. Не подаст же никто!

– А я и так, – кивает, – неделю без выручки. Гусь вон утром дал один, турист с автобусу. Спаси Господи, но хуле я с ней делать буду?

И достает купюру в десять евро.

Бомж Альберт в кашемировом пальто и кроссовках читает журнал «Флирт». Улыбается. Человек в черном джипе считает сантиметры – паркуется. Окно едет вниз, из него Альберту кричат:

– Подвинься! Задену – будет гангрена!

Альберт, не поднимая головы:

– У кого гангрена, а у кого и коррозия металла!

И дальше продажных женщин разглядывает.

Бомж Альберт жует пахлаву, а крошки из бороды стряхивает вниз, воробушкам. Воробушки едят весенними юными лицами прямо с асфальта.

– Вот, – говорит Альберт, – совсем как вы, женщины!

– Чего это?

– Есть материальный достаток – сразу набегают! А если еще скажешь, что москвич…

И горько машет рукой.

Весна 2015

Мой приятель бомж Альберт оделся в весеннюю листву. В бороде императорский пробор. На ногах яхтенные туфли. На голове и тулове свежий шерстяной плед. Тепло и красиво. Альберту надо, чтоб красиво – он эстет.

– Как дела? – говорю.

Альберт прихлебывает кофе, смотрит мне в лицо и кивает:

– О’кей, но я б взял на полтона ниже!

– Чего ниже?

– Помаду на полтона ниже. И не в оранжевый, а в красный цвет.

Пошла за новой помадой.

Бомж Альберт стал поглядывать на продавщицу из овощного. То за луковицей зайдет, то сделает вид, что ошибся дверью и шел вообще в солярий.

– Татьяна Петровна, – рассуждает Альберт, – в целом ко мне относится хорошо. Говорит, что я молодо выгляжу, и всё время на «вы».

– Это как?

– «Молодой человек! Вы создаете мне антисанитарию!».

Бегу сегодня по парку. На третьем километре вижу – стоит брезентовая палатка, поросшая мхом и лишаем. Вокруг висят лохмотья: на дубках зеленые, на рябине красные, а на земле сидит бомж Альберт и сортирует по цветам остальное.

– О, – пыхчу, – переезд на природу?

– На хуёду, – машет он рукой, чуть не плача. – Совершенно нечего надеть! В люди выйти не в чем! Радуйтесь! Приду в прошлогоднем!

Лето 2015

Бомж Альберт сегодня в панаме, вьетнамках и пальто на голое тело.

– Привет, – говорю. – Воздушные ванны?

– Почему воздушные! – распахивает пальто, а под ним плавки. – Иду принимать фонтан!

Бомж Альберт в тени куполов и черных джипов ложкой ест арбуз. Сок капает на трусы, на галстук, на лица проституток в журнале «Флирт». Одно полушарие арбуза съедено, корка лежит на земле, и прохожие механически бросают туда мелочь.

– Спаси бох, спаси бох, – хлюпает Альберт, – тока зря мне каску портят, я сегодня выходной!

– Какую страну просрали! Какую империю! – горюет бомж Альберт, шевеля пальцами ног в туфлях с отрезанными носами. – Какие времена! Груши! Персики!

– Тебя бы в этой империи отправили в колонию-поселение, вот тебе и груши, – ворчит прохожая.

– Мадам, вы раб страстей по эсэсэру. А я человек свободный, мне жаль Австро-Венгрию!

В лаковой шкатулке для подаяний рублей пятьсот у него с утра уже было.

Осень 2015

Бомж Альберт, тонкий ценитель прекрасного, пилит загадочным инструментом обрубки ногтей.

– Е*ло синее, но с маникюром! – злится на него из лужи мятый товарищ.

Альберт, продолжая пилить:

– Дифференцируй лексические конструкции.

Бомж Альберт надел ушанку, сменил летние кеды на зимние и штопает шерстяной носок. По виду носок дошел до нас из мезозоя.

– Крутые носки!

– Крутые, – кивает Альберт. – Еще папины. А теперь папа на остановке «Преображенское кладбище». Так и ушел без носков!

Бомж Альберт в мехах и шерстяном платке пьет чай, оттопырив бурый мизинец. Напротив него зловонным рядком дремлют кривые, безногие и просто пьяные.

– Красиво! – выдыхает Альберт в их сторону.

– Что красиво?

– «Мороз-воевода дозором! Обходит владенья свои!» Красиво, глядь!..

Текст: Саша Лосева

Иллюстрация: Shutterstock

Подписывайтесь на наш канал в Яндекс.Дзен
20.11.2015

Не забудь поделиться статьей: