Викторианские барышни: корсет, наркотики и шторы, несущие смерть

Викторианские барышни: корсет, наркотики и шторы, несущие смерть

Мы не Белла из “Сумерек”, но тоже когда-то нет-нет, да и вздыхали над “Грозовым перевалом”. Или над кино “Анна и король”. Какие были барышни! Как тонко жили, как тонко чувствовали!

Между тем, кстати, “Грозовой перевал” при жизни этих барышень считался грубой, ужасной, непристойной для чтения барышнями книги. Но самый ад был не в этом. О, нет. Самый ад была вся их жизнь.

Корсеты

korse

Ну да, тебя уже тысячу раз пугали корсетами, но ты-то знаешь – и не на такие муки барышни идут ради красоты! А тут к тому же затягиваться с детства привыкаешь, ощущения совсем не те же, когда ты внезапно, из любопытства, пытаешься утянуть талию с 95 сантиметров до 40. Но, знаешь, это француженки себя шнуровали с целью быть красотками. В Британии корсет носили для воспитания строгости к себе и стойкости характера. А ради такой цели чем суровее обойдёшься со своей несчастной талией, тем лучше – девушки ходили, словно в тиски сжатые, и именно ощущение сжатости в тиски считалось в корсете главным. Последствия постоянного прессования живых мышечных тканей, внутренних органов, рёбер и лёгких… нет, в возрасте барышни ещё не давали о себе знать. Разве что дышать было трудновато: слывя гораздо менее эмоциональными, чем их континентальные сверстницы, викторианские барышни всё равно теряли чувства при мало-мальском волнении. Просто задыхались, стоило сердцу забиться побыстрее.

Дыша шелками и туманами

nuh

Это про барышень, но совсем не про атмосферу любого крупного английского города. Основным транспортом были разного рода лошадиные повозки, транспортное движение было активное – случались и пробки, и ДТП. Улицы были просто запружены и повозками, и лошадьми. Ну, не круглосуточно и не все, но всё же. Лошади – живые существа, они не только красиво цокают и развевают гривой, но и, простите, какают. Крупное животное какает много. По улицам ходили специальные люди, которые постоянно подчищали город от лошадиных и, кстати, собачьих фекалий, но их сил было недостаточно. Девушки старались ходить там, где лошадь накакать никак не могла, но от запаха города не спасало ничто.

Кроме лошадей, пахло фабриками, которые нередко располагались прямо в черте города и никаких фильтров на трубах не имели и, наконец, когда ветерок дул с реки (особенно с Темзы), от вони можно было запросто потерять сознание. Поэтому девушки носили с собой специальные нюхательные соли или уксусницы – в общем, что-нибудь, что можно срочно поднести к носу, чтобы перебить запах города.

Кстати, о ночных горшках

gorsh

Это при нашем уровне гигиены можно не думать, как что происходит, а тогда для всякой девушки справление нужды было процессом. Ну, ночью и с утра всё легко, просто ходишь на горшок и стараешься как можно быстрее плотно закрыть его крышкой, чтоб миазмы не очень разлетались по спальне. Утром горничная (да, девушки в те времена далеко не всегда были барышнями, часть лет с десяти шла в услужение) выносила твой горшок.

Потом ты одевалась, и всё. Забудь о посещении туалета по мере необходимости. Викторианская девушка терпела до последнего. Во-первых, ей нельзя было никак показать, что хочется отойти ради такой низменной нужды. Во-вторых, возиться с чудесными романтическими пышными юбками, чтобы, наконец, оправиться через специальную дыру в панталонах (точнее, там, где они сейчас сшиваются, а тогда не сшивались вместе) было не чудесно и не романтично. И не дай боже за собой принести шлейф запаха! А ткань всё так чудесно впитывает… Кошмар.

Развлечения

razv

Лучшее развлечение для барышни – вышивание и променад с матушкой. Не любишь вышивание? Надо работать над собой! Затяни корсет потуже, чтобы настроиться порешительнее, и вперёд, сидеть по 4 часа с иглой в руках. И скажи спасибо, что ты барышня, а не нежная белошвейка, которая, благодаря отсутствию эмансипации, не шпалы кладёт восемь часов в сутки пять дней в неделю, а неподвижно горбится над шитьём двадцать часов. Без выходных. Умирая годам к тридцати пяти от истощения.

Книги? Если Библия и басни – хорошо. Чрезмерное же увлечение книгами осуждалось, примерно как сейчас – сидение у компьютера. Во-первых, что за манера себя всё время развлекать, во-вторых, от долгого чтения к голове приливает кровь, и женские органы без отлившей крови усыхают, ну и, наконец, когда барышня много читает, трудно уследить, какие книги она уже успела проглотить. Может быть, там излишне будоражащие девичью фантазию любовные романы, а то и Мопассан какой-нибудь с эротикой. Или того хуже – философия, экономика и математика. Кошмар-кошмар.

Повезло, если ты неплохо владеешь акварелью. Тоже развлечение и тоже обществом одобряется. Рисуй себе цветочки, собачек, пейзан. А вот скупать распечатанные грошовые баллады у коробейников для барышни фу-фу. Вот выйдешь замуж, тогда и будешь читать об инцесте, незаконнорождённых детях, убийствах и прочем. Любишь не рисовать, а писать? Отлично! Морализаторские эссе и сентиментальные дневники. Почувствуй себя писательницей. Только тайно ото всех, пожалуйста, а то это уже неприлично.

Что? Балы? Кстати, да. Иногда бывают балы. По большим праздникам.

Красота

beau

О да, викторианских барышень окружала всяческая красота. Без сарказма. Симпатичными должны были быть туфельки, уксусницы, сахарницы и обои. Только иногда красота эта усложняла жизнь. Начнём с лёгкого. То есть тяжёлого, но нестрашного: в период траура барышня должна была носить чугунные украшения. Чугунное кольцо и чугунное ожерелье – специфическое удовольствие, но если ты будешь расхаживать без украшений, тебя как-то не поймут. И траур, кстати, положено было держать подолгу. Краски, которыми раскрашивали домашнюю мебель и которые содержались в обоях, часто содержали свинец и ртуть. Косметика, если барышня была так отчаянна, чтобы пользоваться ею, тоже. А самая популярная из красок, тёмно-зелёная, которой окрашивали буквально любую ткань – от штор и обивки диванов до туфелек и платьев – делалась на основе мышьяка. Неудивительно, что барышни ходили томные, с головными болями, дурным аппетитом, интересной бледностью и прочими симптомами отравления. А те, что послабее, и умирали.

Наркота

narc

К страдающим мигренями на почве отравления и нехватки кислорода барышням на помощь спешили врачи. Каждой второй прописывали лауданум – обезболивающее и успокоительное, представляющее собой… опиумный препарат. То, что девицы плотно сидят на морфине (а лауданум представляет собой 1%-ный спиртовой раствор морфина), никого не беспокоило. Была бы девушка тиха, а опиумная заторможенность даже придаёт ей истинно британскую величавость. Дозы со временем увеличивались, а какие муки девушка переживала, оказавшись где-либо, например, по воле непогоды, без возможности принять очередную дозу, страшно представить. Впрочем, барышни редко выходили из дома без лауданума. Прямо вместе с уксусницей брали. И мы их очень понимаем. Беспощадный корсет, запахи с реки, кругом лошадки, почитать нельзя, в туалет отлучиться тоже – как тут не хряпнуть немного спиртового раствора морфина, а?

Фото:  vintag.es
Текст: Лилит Мазикина

Подписывайтесь на нашу страницу в Facebook
12.11.2015

Не забудь поделиться статьей: